Под звуки аплодисментов и взрывающихся вспышек фотокамер на сцену уверенной походкой шел человек, его фигура была значима, ведь он открывал одно из важнейших мероприятий современной истории Казахстана – Құрылтай.
Казалось, что в моменте его непоколебимость могла быть нарушена вмешательством высших сил или неожиданным холодком, прошедшим по телу, но он оставался тверд в своих решениях. Впереди ему предстояла важная миссия и он знал это, черпал энергию, становился увереннее и тверже.
И вот выступление Главы государства началось, зал затаил дыхание, каждый присутствующий в зале в голове прокручивал события последних дней, недель или даже месяцев. Каждый заметно нервничал, скрывая это под маской беззаботных улыбок и рукопожатий перед появлением Президента.
Костюмы, гладковыбритые лица мужчин, великолепные костюмы и безупречный макияж присутствующих женщин. На секунду замечтавшись можно было спутать это мероприятие с началом вручения премии, но тон встречи возвращал в обыденность.
Но больше в обыденность возвращает любого более-менее взрослого человека то, что происходит вокруг него. В его селе, районе или области. Это было всегда так, ведь доступ на такие закрытые мероприятия есть далеко не у всех.
Как и любого человека, который был вовлечен в происходящее на Құрылтае нашего героя отбрасывает за тысычу километров как только он отрывается от экрана телевизора с прямой трансляцией.
Этим холодным январским утром в кабинете у непоколебимого, но ранимого человека было много посетителей, она спокойно вела свою работу подписывая бумаги, однако ее телефон разрывался, чем непременно сбивал ее с рабочего ритма. Телефон разрывался не просто так, ведь в ее районе, назрела крупная проблема, проблема о которой обычно стараются молчать, но не в этот раз.
Наш герой – это современный аналог давно утраченного Казахского национального титула – Бий.
Бии это ведь не просто судьи, это авторитетные люди, большую часть которых народ выдвигал сам, не потому что он самый сильный, не потому что он самый богатый, а потому что ему народ доверял. Бия призывали люди, они просили рассудить и бий занимал беспристрастную сторону, при этом он не боялся ни баев, ни султанов, ведь он знал, что его решение – это воля.
Каждый кто хоть раз пытался рассудить двух друзей или родственников знает, насколько это тяжелая ноша, именно поэтому стать бием означало сковать себя, стать пусть и почетным, но вечно востребованным. Каждый бий понимал, что его решения – судьбы людей, а его потенциальная предвзятость – это потеря репутации и статуса.
Но не за статусом гнались люди, это не такая должность как у современных акимов или депутатов, к биям взывали, казалось, сама судьба велит, воля Всевышнего или воля народа призывает людей становиться судьями в Казахском ханстве.
Наш герой, тоже никогда не думал о том, что будет отстаивать интересы народа, никогда не думала и о том, что ей, хрупкой женщине придется противостоять мужчинам, которые будут пытаться ее запугать. Часто ее посещала мысль о том, чтобы бросить это дело и вернуться в свою обыденную реальность, где у нее есть все, для того чтобы спокойно жить. Правда эти мысли рассеивались каждый раз, когда звенел ее телефон, а телефон ее звенел практически всегда.
- Что случилось? Почему вы мне звоните без конца, я на работе, я сейчас не могу говорить, - твердо ответила она в этот холодный январский день.
- Сауле ханым, нам срочно нужна ваша помощь, без вас нас никто слушать не будет, - почти полностью потеряв всякую надежду взвыл ответ из телефона.
И Сауле знала, что не может отказаться. Некоторые люди в злачных закоулках акиматов и прочих кабинетно-коридорных пространствах бы с удовольствием бы отказались от такой ноши и может даже просто сменили бы номер телефона, но от того и не обращаются к ним люди, потому что не верят, потому что знают, что они могут отвернуться от них в любую секунду.
- Почему вы это делаете? «Зачем вам это? Я бы так не смог — спросил как-то Сауле один из мелких чиновников, вечно прибывающих в страхе, что собственный народ его изничтожит, как только это будет позволено.
- Я знаю, что не смог, я и сама не знала, что смогу, но если бы каждый из нас нес ответственность за свою работу, за свой двор, свой аул, свой район, свою Родину, то мы бы жили куда лучше и тогда никому не пришлось бы бояться собственного народа. И тогда такие как я были бы не нужны. Но пока мой народ во мне нуждаться я буду ему помогать настолько, насколько я могу это делать.
С этими словами Сауле вернулась в реальность, в которой водители ассенизаторских машин уже в который раз вызвали ее для помощи. В который раз Сауле указывала местным чиновникам на их недоработки, в который раз слышала однотипные ответы, которые не устраивали ни ее, ни собравшихся людей.
«Это наша реальность, совершенно другая, чем показывают по государственным телеканалам», - подумала Сауле.
В очередной раз сжав волю в кулак она сорвалась в крик, ведь и ее порой окутывало знакомое всем чувство, когда, лежа в своей кровати вам снилось в детстве, что-то невообразимо страшное и от ужаса, который сковывал тело и голосовые связки невозможно было выдавить из себя ни звука.
Так и здесь, в очередной раз почувствовав, что ни какие убеждения, ни какие предыдущие обещания выполнены не были Сауле сорвалась.
Ее крик – это не желание кричать громче всех ради собственной выгоды. Ее крик больше похож на как раз то самое чувство, когда после страшного нас и скованных голосовых связок все это отпускает и голос вырывается наружу с новой силой в желании докричаться до мамы.
Каждый взрослый человек сталкивается с похожей ситуацией так или иначе в течение всей своей жизни, даже если ты никак не обременен общественной деятельностью.
Но здесь не был просто крик, это крик, отражающий волю народу, отзеркаливающий его внутренней состояние полной опустошенности и усталости от перенапряжения. Крик, который прорываясь наружу сметает на своем пути все аморфное, оставляя после себя выжженную землю.
В очередной раз поняв, что никакие слова не работают, а работу местные чиновники делать не хотят люди обратились к Сауле, женщине, которая готова стоять с народом до самого конца, герое нашего времени, который не боится, который верит.
История с ассенизаторскими машинами и отстойниками не началась этим утром, она тянется достаточно давно, это проблема Карасайского района, которая годами мучала жителей села Алмалыбак.
С новой силой ворвавшаяся в информационное поле благодаря активистам села, которые призывали закрыть единственный отстойник в районе. Отстойник закрыли, пообещав решить проблему.
В тех же кабинетно-коридорных пространствах даже поговаривали, что это личная вендетта акима кому-то из бизнесменов, но слухам разве можно доверять. Так или иначе, это был выстрел себе же в свою же ногу и неважно речь идет об акиме или местных активистах села Алмалыбак.
Ведь если разобраться, отстойник, в который сливали все нечистоты района, обслуживал и этих же самых активистов, а из-за изменений и нововведений от акимата цена на услуги ассенизаторов повысилась. Попытка перенести все это в другое село – Айтей также обернулась полным провалом акимата Карасайского района, который в общем-то сам создал социальное напряжение неумелыми управленческими решениями.
И вот мы подходим к нашему антигерою этой истории – фигуре всегда жаждавшей власти, получившей ее и понявшей, что жажда эта ненасытна. Вот уже четвертый год его фигура терроризировала районных мелких чиновников, заставляя работать, делать какие-то усилия над собой и пытаться улучшить все вокруг себя.
Жасулан – так зовут нашего антигероя, никогда не думал о том, что ему будет отведена роль героя с приставкой «анти», ведь в глубине его вера в то что делает, его желание улучшить жизнь в селе, его стремление заставить мелких акимов работать усерднее не могло стать причиной, не мог человек с чистыми помыслами заслужить негативных оценок местного населения.
Однако история нас учит другому, ведь каждый рьяный патриот, сильный муж, хрупкая женщина сливаются в одной единственной реальности, которая всех объединяет. И тут уж ты не способен ни решать, ни думать за других. Тут ты, как и многие другие лишь безвольный путник, следующий по Прямому пути на пути к довольствию Всевышнего.
В любой другой реальности, безусловно, Жасулан бы получил всеобщее обожание, народную любовь и никаких приставок «анти». В любой другой, но не в той, в которой мы оказались, все заперты.
Сидя в кабинете, его голос срывался не меньше голоса Сауле, он пробивался практически по той же самой причине, по той же самой причине его выворачивало наизнанку. В очередной раз он ждал решения от своих подчиненных. В очередной раз мыслями взывал к Всевышнему, моля его о помощи, моля его о времени, для того чтобы все исправить. В очередной раз он понимал, что все что может он сделать это взять все в свои руки.
На секунду в его чертоги разума закралась мысль бросить все и уйти, может просто кресло маловато для него, может просто судьба так распорядилась, что невозможно здесь, в этом районе стать героем для народа? Эту мысль он прогнал, но она преследовала его и всякий раз, когда он пытался отмахнуться от нее эта мысль нагоняла его все сильнее и сильнее.
В этой истории нет хэппи-энда, нет победивших или проигравших, это обыденность, так сильно отличающаяся от того, что мы видим по государственным телеканалам. Эта наша с вами реальность. В этой реальности нет победивших – лишь горы трупов, сложивших свои головы за веру, правду, любовь к Родине, народу.
Это первая наша с вами глава длинной истории, мы продолжим изучать тему с отстойниками и зловоньями.
*все это является художественным вымыслом, любое совпадение с реальными лицами случайно